Краеведение на Виледи

 

Трубин М.К.

         Если окинуть взором карту Архангельской области и спуститься взглядом вниз к южной её части, прилегающих к ней Кировской области и Коми республики, а точнее на юго-восток, мы без труда отыщем на карте село с названием Ильинско-Подомское.

Это древнее поселение в настоящее время является районным центром, я бы назвал его «малой столицей» всего Вилегодского края. Река Виледь является важным живительным источником, главной водной артерией. Спокойная, весной многоводная, вливаясь в просторы судоходной Вычегды, она, словно змейка,  проползла вдоль всего района.

Краткая статистика такова. Население Вилегодского района на первое января 1999 года составляло 15 421 человек. Национальный состав в основном русские, но проживают здесь и лица других национальностей. Коренное население Виледи отличается особенностью говора, характера. Здесь живы вековые традиции. Все это позволяет впервые приезжающим сюда называть живущих  здесь – вилегодским народом.

Окруженная некогда дремучим лесом, вилегодская глухомань, расположенная чуть в стороне от главных торгово-водных путей, кишела (изобиловала) разного толка легендами о происходивших с людьми чудес. О явных и не явных колдунах, леших и русалках. Вместе с тем эта земля дала талантливых людей-самородков. Вот несколько примеров.

В деревне Стража (Никольский приход) воспиталось не одно поколение гармонных дел мастеров Ширяевых. Их дело перенято было и другими умельцами, такими как Кучины. Из деревни Рябовской (Мошна) была знаменитая на всю округу и за ее пределами знахарка-врачеватель Татьяна Рябова. А кто не знал или не слыхал о силаче-атлете Василии Шуле (Шульгин из д. Дёмино), старики и по сей день не перестают, вспоминая, удивляться его богатырской силе.

В отдаленную от нас эпоху на ярмарках ближайших городов (Сольвычегодска и Кирова) нередко можно было услышать вилегодскую  протяжно-окающую речь. Не было того, чего бы не умели или не могли сделать вилежане. Часто на ярмарках они появлялись в особой ими сшитой из кожи обуви – в так называемых улядях. Недаром сложилась поговорка: «Паспорт вилежанина на его ногах»! Очень она простая в изготовлении и легкая на ногах. Эту обувку с удовольствием носили не только женщины, но и дети. В ней удобно было вилежанке косить траву и убирать в поле хлеба. За свой талант, умение вырастить сельхозпродукцию и умело продать урожай на ярмарках, завистники-горожане сочиняли разные подковырки, наподобие: «Вилежане, вилежане не баски, у них уляди ушитые и загнуты носки», «Вилежане краснокожи, на ядрёну мать похожи». Что правда то правда, когда-то вилежане славились отменным здоровьем – бывало, доживали до 90-100 годов. А в здоровом теле и дух здоровый. Сегодня время другое, экология не та.

Краеведы-любители. Вилегодская глубинка, славившаяся когда-то искусством выращивания льна-долгунца, дала России не одного маститого ученого (ниже о них будет сказано), но себя при этом ими обделила. Зато в любителях-краеведах недостатка не было. С детских лет любознательные, они не могли просто так уйти из жизни – не оставив после себя дневников, через них донесли до нас память прошлого. О том как жило вилегодское крестьянство в разные периоды. Какой уклад и быт складывался. Как формировался и крепчал характер в лихие годины и многое-многое другое.

Одним из первых, кто стоял у истоков вилегодского краеведения, был незаурядный, грамотный и начитанный, крестьянин. Регулярно велась им вся переписка с земляками, попавшими на Дальнем Востоке и Санкт-Петербурге. Эта рукопись столетней давности подписана самим автором: «Памятная книга крестьянина Дмитрия Алексеевича Собашникова, Сольвычегодского уезда, Ильинско-Подомской волости, деревни Рожино-Шихановской».

Автор этого дневника Собашников А.Д. (1870-1931) на 33-х страницах подробно и увлекательно описывает события, имевшие место в его бытность. Начиная с 1900 г. по 1931 г. (его арест) регулярно заносил в свой дневник все события, происходившие на его глазах. Как менялся температурный режим погоды. Какие происходили аномальные изменения климата. В какие месяцы проходил ледостав и вскрывалась река Виледь. Об урожаях и недородах  хлебов. Как менялись цены на ярмарках.

Не без боли в сердце хозяин дневника отмечает объявленную мобилизацию мужчин на войну 1914 года. Кругом стоит женский плач и стон провожающих. Описывает и свадебные торжества, на которых он бывал. С горестью в душе описывает утрату своей дочери – младенца Варвары. Одним словом мы имеем не дневник, а целую «малую энциклопедию» Ильинской округи.

В начале 1930-х годов, когда началось раскулачивание, его как зажиточного крестьянина вместе с сыном и внуками этапом отправили на Печору. По дороге где-то под Архангельском он скончался. Единственное, что из всего богатства он имел при себе – дневник. Эта бесценная семейная реликвия бережно храниться у одного из внуков, живущего в Северодвинске.

Не менее интересные дневниковые записи оставил и другой вилежанин – Байбородин Михаил Григорьевич (1915-1934), он родом из д. Окуловка Павловского прихода. Трудное детство (как и у многих его сверстников того времени, у родителей были большие семьи), приходилось жить впроголодь. Рано началась его трудовая деятельность.

Вот что об этом он пишет сам: «В 1930 году в мае месяце, когда мне не было еще и полгода до 15 лет, я вышел из Ильинской ШКМ (школа крестьянской молодежи) из шестой группы в следствии того, что имел худую материальную поддержку с дому и дошел до того, что еле стал стоять на ногах».

Далее он продолжает: «Осенью я вынужден был уйти из дома и поступил кадровым рабочим в Селянский л/п. В лесу мне не в меру пришлось хватить всего, так как надо мной все издевались, потому что я чересчур был слаб и не мог работать наравне со всеми. Осенью подал заявление, чтобы взяли техническим работником, и меня приняли в обоз с месячной ставкой в шестьдесят рублей. Здесь я вступил в профсоюз и в комсомол. В марте месяце меня Райком ВЛКСМ командировал на педкурсы и я уехал».

Пишет автор, что району нужны были учителя, потому по подготовке их открылись в г. Сольвычегодске курсы. А посылать на курсы некого. Вот райком комсомола и командировал его. Пришлось поехать, на то и комсомольская дисциплина.

Далее молодой учитель описывает, какие были созданы на Виледи условия для учителей 30-х годов прошлого века. О загруженности их общественной жизни, подчас ненужной работой, не связанной с прямыми обязанностями. Сообщает также о становлении колхозной жизни в деревнях. О принудительной работе колхозников и колхозниц на лесоповале, к ней принуждали, не считаясь с их семейным положением.

С болью в сердце, негодуя, он видит процветающие человеческие пороки: взяточничество, неоправданная волокита. И засилье чиновников-бюрократов в местной и районной властях. Это послужило ему поводом написать жалобу самому И. Сталину. Ведь мужики промеж собой называют,  без страха, ВКП(б) не Всероссийская Коммунистическая Партия большевиков, а «Второе крепостное право большевиков».

Автор дневников-тетрадей сам испытывает хвалёную на словах колхозную жизнь. Заболел неизлечимой болезнью. Многоразовые простуды и скудное питание сделали свое дело. Приговор врачебной медицинской комиссии неумолим: «правосторонний коксит костей», что в переводе с медицинского на обыденный язык – туберкулез (а по сути загнивание) тазобедренной части правой ноги. Медицина в те годы была бессильна. Врачи делали всё возможное и невозможное, чтоб хотя бы остановить развитие болезни.

Пенсия по инвалидности не давала ему возможности хорошо питаться. Ни лежание на больничной койке, ни даже солевые ванны санаторного Евпатория не облегчили его участи. До последнего своего часа он стойко переносил мучительные нестерпимые боли. В расцвете своей молодости он ушел из жизни: 9 декабря 1939 года в возрасте двадцати четырех лет.

В начале своего дневника 17 марта 1933 года он записывает: «Почему я задумал вести дневник? Да потому, что это требуется для сохранения материалов, которые я думаю сохранить и в старости, вспоминать молодость, по тем записям, которые сохранятся».

А ведь как прав он был. Если бы каждый из нас, кто неравнодушен к своей вилегодской сторонке, писал такие дневники, то сколько подробной информации получила б читающая публика. Какой был бы объемный материал по истории нашей Виледи.

Школьное краеведение в прошлом. Неоценимый вклад в развитие школьного краеведения и создание школьных музеев в прошлом по праву принадлежит целой плеяде учителей-энтузиастов. Один из первых, кто стоял у руля этого движения, был священник Ильинской Вилегодской церкви Петр Алексеевич Баданин. К сожалению, нам мало известно о личной его жизни.

Клировая ведомость за 1893 год сообщает: «Второй священник Петр Алексеевич Баданин – 29лет, сын Дъякона Лальского Воскресенского Собора. В семействе у него жена – Юлия Владимировна – 29 лет, священническая дочь». Из других, более поздних, источников известно, что жена его Юлия сравнительно рано умерла, в возрасте 48 лет (от чахотки), оставив ему шестерых детей.

Несмотря на трудности семейной жизни, он много времени уделял школьной деятельности. Первый создал при церковно-приходской школе зачатки музея. В нём стали собирать и хранить предметы быта: разная утварь хозяйственная, что была в обиходе вилежан. В своем дневнике он много оставил сведений о жизни учеников. Свободное от учёбы время учащиеся  уделяли трудовому воспитанию. Ученики учились ремонтировать школьную мебель и инвентарь. Учились и переплётному мастерству.

Вторым его сподвижником был учитель Виктор Александрович Баженов (1884-1943) сын учителя А.В. Баженова (Вологодской Епархии, Устюгского духовного училища). Родился в августе 1884 года, по окончании курса учения в Устюгском духовном училище – поступил в августе 1899 года в Вологодскую духовную семинарию, в ней обучался по июнь 1906 года. С начала учебного 1906 года работал учителем-заведующим Новоселовского земского училища Никольского уезда Вологодской губернии. С 1907 года учитель при Ильинской второклассной учительской школе Сольвычегодского уезда. Известно из других источников: у Баженова В.А. семьи не было, умер он в 1943 году от рака в с. Ильинске.

Он очень много уделял времени не только школьной жизни, но и через местную печать («Стахановец льноводства») поднимал вопросы для широкой читающей публики, разъясняя, что Вилегодский район богат не только историей прошлого, но и полезными ископаемыми. В частности, в своём дневнике отмечает, что в районе деревни Горбачиха есть залежи белой глины, пригодной для создания фарфоровой промышленности. Через газету поднимал вопрос создания районного музея. Он оставил после себя не только очерки по истории Виледи, но и как увлеченный фотограф сохранил для нас ценные фотодокументы.

Продолжателями дела Баженова В.А. являлись также учителя Леонид Арсентьевич Полушин (1919-1989) и Павел Павлович Елезов (1919-1989). Они оба продолжили и пополнили школьный музей новыми экспонатами.

Полушин Леонид Арсентьевич: личность, известная на Виледи не только как краевед, участник ВОВ, но и писатель. Его тридцатилетний труд, как он сам об этом не раз напоминал, крайне важен. Больше сотни его очерков по истории Вилегодского края заслуживают большой благодарности читателей.

Полушин Л.А. тоже вилежанин по роду (из д. Дъяконово, Ильинский приход), учитель биологии. Его жизнь с детства была уже сопряжена с большими трудностями, наполнена поворотами жизненных ситуаций. По словам его жены Галины Михайловны, муж её болел менингитом, тогда его отец, люб, сына, дал Богу обет: если сын поправится (излечится), то он, как отец, пойдёт на служение в Соловецкий монастырь. О чудо, мольбы были услышаны Всевышним!  Отец в благодарность Богу около двух лет пробыл монахом в Соловецком монастыре.

Полушин Л.А. еще с детства собирался стать писателем, очень увлекался чтением. Но на действительной службе пришла другая беда –  заболели глаза. Приговор медиков: «Меньше читать и писать…» Постепенно зрение пришло в норму. И лишь намного позже прикоснулся он к писательской деятельности. Его книги «Суковатик», «Вилегодские Околесины» с удовольствием читаются вилежанами.

Полушин Л.А. через межбиблиотечный абонемент выписывал книги трудов учёных, касаясь истории прошлого Вилегодской земли. Результатом большого кропотливого труда стала его рукопись по истории Вилегодского края с древнейших времён. Она хранится в читальном зале районной библиотеки.

Он много собрал материала для организации школьного музея. Собранные им реликвии, фотографии, образцы горных пород, большая нумизматическая коллекция, чучела животных и птиц и многое другое выставлено в зале музея. Он очень был обеспокоен сохранностью музейных экспонатов. Группа товарищей перед кончиной посетила его в больнице. Он и тут говорил им не о своей болезни, а просил их: «Возродите музей в масштабе района».

Соратники выполнили его последнюю просьбу, музей на общественных началах открылся для всех желающих жителей района 12 октября 1966 года – в алтаре Ильинского храма. Первым директором был избран Степан Николаевич Шарыпов. С годами менялись директора, но сам музей обновлялся и пополнялся новыми редкими экспонатами.

Одним из продолжателей дела Полушина Л.А. был учитель истории Селянской восьмилетней школы Павел Павлович Елезов (1919-1989), родом из д. Елезово (Ильинский приход). В 1938 году, закончив учебу в Сольвычегодском педагогическом училище, по направлению начинает свою деятельность учителя начальных классов. Мирный его труд прерывает  Великая Отечественная война. После он снова возвращается учителем в свою родную школу в Селяны. Целых пятнадцать лет отдал ей, возглавляя педагогический коллектив Селянской восьмилетней школы. Обладая незаурядной энергией и жизнелюбием, много времени посвятил краеведческой деятельности.

Елезов П.П. оставил труд по истории Селян. Вместе с Полушиным Л.А. он создаёт краеведческий уголок. В своей статье «Краеведение и уроки в школе» Елезов П.П. отмечал: «Мы начинали так. В 1948-1949 учебном году (директором Селянской семилетней школы был в то время страстный краевед Полушин Л.А.) в нашей школе был создан кружок по изучению истории родного края. Главным на первых порах мы считали сбор старинных вещей: предметов домашнего обихода, орудий труда, народных песен, пословиц, поговорок, загадок, которых наш народ знает неисчислимое множество… Сколько деревень, домов обошли кружководы. Вечерами, при свете семилинейных ламп, они записывали поговорки, пословицы, старинные обрядовые свадебные песни… В долгие зимние вечера шел разговор не только о песнях, пословицах и частушках. Спросит мальчишка: “А раньше бабушка, когда молодой была, еще лучше пела?” – “ Нет родной, раньше не до песен было, поработаешь от зари до зари, петь не хотелось”. И пойдет рассказ о тяжелой доле селянских жителях до революции, о работе с шести-семи лет, о безграмотности. Вот как была тогда поставлена, на какой уровень работа учителей по овладению знаний учащимися о своем родном крае».

Нельзя не вспомнить ещё об одном учителе-историке Воронцове Вениамине Павловиче (1937-1973), родом из д. Матвеевская (Ильинский приход). Как хорошо поначалу складывалась его семейная жизнь. Жена Римма Григорьевна тоже педагог. Растёт дочка. На страницах районной газеты всё чаще и чаще появляются его статьи краеведческого характера. Он как учитель в своих статьях-призывах обращается к школьникам с призывами: «В поход, юные следопыты!» Главная цель операции – изучение истории родного края, его прошлого и настоящего, создание школьных музеев.

Кроме всего прочего его занимает идея сбора материала об учёных вилежан, на основе которых был создан знаменитый фильм всесоюзного масштаба «Вилегодские мужики»: о братьях Бреховских из д. Стрункино.

Феодосий Максимович в начале юности был первым секретарём райкома ВЛКСМ на Виледи. Далее учеба в Ленинградском горном институте. С 1929 года молодой инженер на важных стройках Урала. В период культа И. Сталина два года просидел в тюремных застенках. После, продолжая научную деятельность, становится крупным учёным металлургии, работает вместе с академиком И.В. Курчатовым. Дважды  удостоен  Государственных премий.

Серафим Максимович после высшего учебного заведения становится доктором технических наук в области изобретения рубинного стекла (вспомним свет звёзд на Кремлевских башнях в Москве!)

Леонид Максимович с детства был фантазёром. После окончания института много раз побывал в научных экспедициях. Сделал научное открытие в области акустики. В тридцать лет – доктор физико-математических наук, профессор Московского государственного университета. С 1968 года избран был действительным членом Академии наук СССР. Занесен в Большую советскую энциклопедию.

Надо сказать, что другие братья их, не ставшие учёными, тоже послужили Родине. Николай Максимович прошел суровую военную школу. Был начальником штаба артиллерии 62-й армии маршала В.И. Чуйкова. Павел Максимович по воспоминанию сына его Игоря Павловича тоже хотел пойти по следам своих братьев, но отец ему сказал: «Хватит, достаточно их. А кто будет пахать землю?» Сын не мог ослушаться отца и остался крестьянином-хлебопашцем. Работал бригадиром, впоследствии возглавлял колхоз.

Из среды крестьянской молодежи были и другие учёные. Майский (Дураков) Иван Николаевич родом из Селян (Павловский приход): доктор медицинских наук, изобрёл вакцину против чумы и холеры. Пахтусов Зосима Иванович, кандидат сельскохозяйственных наук в области выращивания племенных животных.

В своих очерках, опубликованных в областной газете «Северный комсомолец» 20.08.1971 года и в «Известиях», краевед В.П. Воронцов рассказывал о своих земляках, о судьбах нескольких крестьянских мальчишек первых пионеров, комсомольцев и коммунистов на Виледи. О них он скажет: «Да они были самородками. Эти люди гордость не только вилежан, но и всей России».

Вскоре очерком заинтересовались работники Ленинградской киностудии. И вот группа студии документальных фильмов под руководством известного режиссера Е.Ю. Учителя приезжает в августе 1971 года на Виледь на праздник «Слава труду», где собрались для чествования именитых ученых. Уже на следующий 1972 год полнометражный документальный фильм «Вилегодские мужики» демонстрировался по Центральному телевидению. С большим успехом его просмотрели москвичи в кинотеатре «Россия».

Медленно гаснет свет. С экрана звучит мелодия на слова: «Ты большой России малая росинка…» После просмотра этого фильма  И.Н. Майский незамедлительно пишет письмо-отзыв:: «Дорогой Вениамин Павлович! Мы только что посмотрели фильм, который сейчас идёт в Москве. Во всём этом ваша большая заслуга».

Конечно, приятно было получить такой отзыв лично от  ученого. Но мало кому известно, что стоило это самому В.П. Воронцову. Сколько  пришлось потратить личного времени, годы, и материальных средств. Поездки по архивам, розыски и встречи с будущими героями фильма. И вот финал его трудов.

Все бы ничего, но вот кого-то из местных членов КПСС раздражает активность талантливого учителя. Из воспоминаний педагога Инессы Васильевны Кондаковой: «На традиционном августовском совещании учителей (25-26 августа 1969 года) председательствовал 1-й секретарь Вилегодской КПСС Кобелев Леонид Михайлович. После докладов начались прения. Во время выступления инспектора РОНО В.П. Воронцова со стороны председательствующего внезапно послышался резкий оклик: ”Хватит болтать!“. Мне как человеку трудно понять и угадать, чем не угодил оратор этому невоспитанному грубияну. А ведь он сам когда-то был преподавателем истории и обществоведения в с. Никольске (Никольский приход). Вот так поступил бывший коллега. В народе не зря говорят: “Хочешь проверить человека, дай ему власть”. Конечно, такую бестактность и грубость порядочный человек Воронцов В.П. не мог вынести и при первом случае уехал в г. Коряжму. В народе говорят: ”Одна беда не приходит в дом одна“. Полоса семейных неурядиц довершает свое дело. Видимо у жены его не хватило духу подняться на ступеньку выше всех мелочных неурядиц и забыть их, помочь мужу пережить, не пасть духом. В возрасте расцвета творческих сил покинул он этот мир добровольно. В памяти тех, кто знал его сохранится  навсегда».

Хочу отметить не только как крупного ученого, но и как краеведа Сухих Василия Алексеевича (1908-1973), родом из д. Зарниково (Никольский приход). Выходцу из бедной крестьянской семьи, Васе сильно хотелось учиться. Его пытливый от природы ум приводит в 1916 году в Земскую начальную 4-х летнюю школу, которую оканчивает за три года. Далее учебу продолжает уже в Никольской школе. За успешную учебу его досрочно переводят в трудовую школу 2-й ступени.

В 1922 году начал работать в сельском хозяйстве. Но любопытного Василия потянуло вдруг на бродяжничество по городам и весям матушки России. Через два года вернулся домой, вскоре вступает в комсомол. После чего Василий по командировке от комсомольской ячейки едет учиться в Яренскую ШКМ (Школу крестьянской молодежи), оканчивает её в 1926 году.

Желание продолжить учебу столь велико, что без всякого стеснения снимает шапку и выпрашивает у котлашан деньги для поездки в г. Вятку. Там выдерживает экзамены и поступает на рабочий факультет имени Степана Халтурина, с успехом в 1930 году оканчивает его – с правом поступления во все вузы республики. В 1929 году, еще до окончания рабфака ,блестяще выдерживает собеседование, тут же его зачисляют на химический факультет МГУ им. Ломоносова. В мае 1934 года получает диплом по специальности «Неорганический катализ» и одновременно продолжает работу младшим научным сотрудником.

С этого времени Сухих В.А. погружается в большую научную деятельность. В 1954 году защищает диссертацию на учёную степень доктора технических наук. А в 1957 году ему присуждается звание профессора по специальности «Химия и технология снаряжения боеприпасов». В течении последующих лет являлся членом технического Совета Госкомитета СССР по науке и технике. За научные труды Сухих В.А. отмечен государством многими правительственными орденами и медалями, а также за участие в героической обороне Москвы.

Сухих В.А. был активным участником общественной жизни. Не раз избирался депутатом Москворецкого районного Совета депутатов трудящихся. Несмотря на большую занятость, он находил время побывать в центральных архивах, собирая материал по истории Виледи. Местная газета «Знамя труда» не раз публиковала его очерки о чудских городищах и крепостях, по происхождению названий некоторых деревень. Кроме того Сухих В.А. оставил рукопись, в которой подробно описывается жизнь и быт крестьянской деревни.

Недавно вышедшая книга его дневника под названием «Воспоминания из недалёкого прошлого вилегодского народа» пользуется успехом не только  взрослых, но и их детей. Будучи уже на заслуженном отдыхе, приезжал в свою родовую деревню. Большой любитель охоты и рыбалки, допоздна бродил по лесу или высиживал на берегу Виледи за рыбалкой.

Виледь — родина моих пращуров. Я сам – краевед. Родился в Коряжме, но все мои сестры и братья рождались на Виледи. Первое моё пребывание на Виледи состоялось в далеком 1957 году. В то время у меня был отчим Бахтин Алексей Ефимович, родом из д. Хаминово. В д. Бурцево жила его сестра Тараканова Мария Ефимовна. Ему почему-то захотелось, чтоб я непременно побывал (погостил) у его сестры, я пробыл всего одну ночь и поспешил уехать обратно, показалось мне там скучновато.

Второй раз на Виледь я приехал с женой в 1984 году,  в с. Ильинско-Подомском проживала моя племянница. С тех пор каждый год, во время отпуска, я регулярно начал посещать Вилегодский край, обходить деревни, встречаясь со старожилами. Поначалу моё увлечение касалось подробностей  моего генеалогического древа (были очевидцы, которые знали моего отца, деда). С каждой поездкой накапливались мои знания о близких родственниках. Хотелось знать глубже и шире мой родовой корень. А без архивных данных мне было не обойтись.

В 1987 году я впервые переступил порог ЗАГСа Вилегодского района. В то время заведующей ЗАГСа была Федяева Лидия Васильевна. Она с пониманием ко мне отнеслась и разрешила поработать со старыми церковными книгами по Казаковскому приходу. Так как метрические книги были не все, пришлось ехать в областные государственные архивы городов Вологды, Архангельска, а через пять лет потребовались архивные источники более древние, в Москве и Санкт-Петербурге.

Скажу прямо, как краевед я сформировался всё-таки не здесь. Моё первое увлечение изучением истории прошлого произошло в сибирском городке Омске, где я прожил около двадцати лет. Судьба меня свела с интересным человеком – тоже краеведом Морозовым Владимиром Ивановичем. Он очень много знал. С седьмого класса его брал с собой в свои экспедиции легендарный впоследствии основатель Омского областного музея Палашенко Андрей Федорович.

Этого человека в среде ученых за то, что много знал, называли «ходячей энциклопедией». К Морозову В.И., как знатоку краеведения, приезжали молодые и начинающие ученые с целью узнать у него район Омской области для написания кандидатской диссертации по археологии или палеонтологии. В свое время при его активном участии в одной из школ был организован кружок палеонтологов. Участники, учащиеся 8-9 классов,  ходили в экспедиции по сбору фрагментов костей вымерших животных (мамонтов, шерстистых носорогов, северного оленя). С годами учащиеся старших классов уже выступали перед учёным советом со своими научными рефератами.

Уровень знаний достиг того, что из простого краеведческого кружка с согласия совета учёных кружок переименовали в «Малую Иртышскую академию». Некоторые из его учеников стали учёными. Когда я с ним познакомился, его кипучая деятельность осталась в прошлом. Ко времени нашего знакомства я работал в Доме пионеров руководителем краеведения и туризма. Вот тут и моим кружковцам пригодились его знания по археологии и палеонтологии. Каждое лето я с ребятами 7-9 классов сплавлялся по реке Чусовой, а с учащимися 4-6 классов по реке Тара по сбору палеонтологического материала.

Такое сотрудничество с краеведом Морозовым, продолжалось до тех пор, пока он не заболел серьезно. Вскоре и в моей семейной жизни стали происходить изменения. У меня умерла от рака жена и через два года после её смерти, продав квартиру, я навсегда покинул этот полюбившийся мне город. На постоянное жительство приехал в с. Ильинско-Подомское. На страницах «Знамя труда» уже была новая моя статья «Вилегодский край». Вслед за ней появилась новая моя статья «Православие на Виледи, или погубленные святыни».

Мне было интересно знать, какая реакция будет у читательской публики. Читатель отреагировал по-разному. Молодёжь прочитала и тут же забыла, не вдаваясь в раздумья, другие, пожилые, благодарили, просили ещё написать, а вилегодская творческая интеллигенция (учителя, особенно ветераны)  обрушилась на эту статью, как бык на красную тряпку.

Одна из уважаемых педагогов (не буду называть фамилии) сказала мне: «Знаете, вы такое написали, что пришлось мне прибегнуть к лекарству». Ну что я мог ответить ей. Разве что когда больному выписывают лекарство, предупреждая принимать строго дозируя. Другая, не менее уважаемая учениками, даже разговаривать со мной отказалась. Другой старейший педагог Гомзяков А. при встрече прямо в лицо спросил меня: «Ты, Трубин, откуда берешь сведения? Ты ведь не жил на Виледи. Наверно пользуешься черновиками краеведа Л.А. Полушина…»

Таким образом пять лет они не принимали мои краеведческие статьи всерьёз. Тогда я сделал для себя вывод: «Вилежане народ своенравный. Некоторые ревнители старины следили за каждой строкой моей статьи». Иначе и не должно быть. За каждой такой краеведческой статьей кроется кропотливый труд любителя-исследователя. Оттого его работы востребованы и в научных кругах. Краевед на селе как бы заменяет недостающего учёного. Ему верят.

Седая древность Вилегодщины богата своей историей. Она настолько глубоко уходит своими корнями в прошлое, что с большим трудом открывается краеведу-исследователю. Чтобы найти что-то новое, до сих пор ещё неизвестное читающей публике, и выдать на страницах печати, надо потратить уйму материальных средств и личного времени.

Сегодняшние учителя, работающие со школьниками по изучению родного края, не водят ребят по просторам вилегодской земли, а ограничиваются беседами, не выходя из школы. Я не помню за все пятнадцать лет пребывания на Виледи, чтобы какой-то учитель истории пригласил бы меня, краеведа, на встречу с учениками. Чего они боятся? Может при встрече обнаружится, что краевед знает больше самого учителя?

Я пробовал организовать краеведческий клуб для взрослых «Возрождение». Вместо приветствия доброго начинания «власть придержащие» (в лице господина Редькина В.В.) дали разгон и потребовали плату за аренду помещения. Позднее пробовал создать клуб и для школьников – «Бригантина». Но бывшие директор Ильинской школы Байбородина Л.А. и начальник народного образования Пироговская Т.И. (с молчаливого согласия) лишили ребят интересного важного досуга.

Местная районная власть тоже равнодушна к летописцу. Не поинтересуется, как живёт человек, в чём нуждается. А ведь его труды будут востребованы и в будущем. Проходит время. Новая жизнь диктует свои правила жизни. Некоторые вилежане пишут новые дневники-воспоминания, которые в будущем предстанут перед историками-краеведами темой обсуждения.

Просветительское краеведение на Виледи, к счастью, не прекращается и сегодня. Районная центральная библиотека, используя новые технические средства (компьютерные) для читателя организует регулярные выставки книг-новинок по краеведению. Выпущены также ею многие сборники.  Работники библиотек готовят к выпуску литературу по истории забытых деревень.

МОУ имеют свой устав и планы перспективных работ. Организуют читательские конференции учащихся по истории Виледи. При Доме народной культуры постоянно работает кружок «Умелые руки», на котором руками ребят восстанавливается забытое ремесло. Изделия, изготовленные в кружках, выставляются  на ярмарках.

Муниципальный районный музей постоянно организует для учащихся и взрослых экскурсии. Осенью текущего года готовят вторую научную конференцию по краеведению. Одно плохо, что все эти перечисленные учреждения работают по своим планам, а не по объединенному общему плану. Вот и наблюдается во всём нездоровое соперничество.

Многое сделано трудами краеведов. Но предстоит сделать еще не менее. Надо обозначить и привести в порядок чудские городища-крепости. На месте исчезнувших деревень обустроить памятные места с названием деревень. Чем занимались эти люди и т.д. Выявить новые природные памятники. Разработать планы-сценарии для экскурсионных объектов. Школьные музеи объединить под общую работу с районным краеведческим, считая их музеями-филиалами. МОУ, возглавляемое Новиковой А.Н.,  следует подумать об учреждении юбилейной медали «Братья Бреховских» – и награждать ими учащихся за лучшие рефераты.

Не исчезнет, радует, интерес вилежан к истории своего края. А иначе и быть не может. Ибо прошлое Виледи связано неразрывно с памятью ныне живущего поколения с судьбой наших предков.

 

Источники и литература:

Редькин Н.И. Вилегодский край. Архангельск М 1999.

Ногтев М.К. Вилегодский лён имел мировую славу   (Знамя труда, 21.11.2001).

Принцев В. История заселения бассейна р. Виледи (Знамя труда, 26.01.1971).

Пунанов В.А.  К вопросу о корнях вилежан (Знамя труда, 2005).

Трубин М.К. Красный Спартак, к 100-летию со дня рождения В.Г. Шуля (Знамя труда,  1.03.1996).

Трубин М.К. «Дневник столетней давности Собашникова Д.А» (Знамя труда).

Байбородин М.Г. Личный дневник-тетрадь учителя (1930-1934).

Баданин П.А. Дневник-записи священника церковно-приходской школы с Ильинско-Подомского (1899-1903),  архив Ильинского районного музея.

Баженов В.А. Дневник учителя о истории Виледи. О Ильинском погосте. (Стахановец льноводства, 8.12.1937).

Бушуев Н. Быть школьному музею (Знамя труда,17.01.1976).

Кононов П.Ф.  Воспоминания о Баженове В.А. (Знамя труда, 11.10.1977).

Гомзяков С. Учитель-краевед (Заметка о Полушине Л.А.), Знамя труда, 17.01.1976.

Полушин Л.А. Демография Виледи в 17 веке (Знамя труда, 19.01.1978).

Полушин Л.А.  Школе 140 лет (Знамя труда, 26.05.1988).

Памяти Полушина Л.А. (Знамя труда, 21.09.1989).

Елезов П.П.  Краеведение и уроки в школе (Знамя труда, 1967).

Памяти Елезова П.П. (Знамя труда, 14.10.1989).

Воронцов В.П. Сценарий-проект по проведению праздника Труда (сценарий фильма «Виледь моя»), архив Ильинского районного музея.

Трубин М.К. Православие на Виледи или погубленная святыня (Знамя труда,  15.06.1995).

Каким быть клубу (Знамя труда, 26.12.1995).

Трубин М.К.  Не единым хлебом сыт человек (Знамя труда, 07.06.2004).

Трубин М.К.  Здесь всё моё и я отсюда родом (Знамя труда, 16.12.2008).

Краеведение на Виледи: 2 комментария

  1. Здравствуйте, Михаил Кузьмич. С большим интересом прочитала Ваш материал о краеведении на Виледи. В настоящее время занимаюсь родословием рода Федяевых и столкнулась с тем, что не могу найти сведений по истории 20-30-х гг. Планирую поработать в Архангельском архиве. Очень заинтересовала информация о дневнике Сабашникова. Где можно прочитать эти материалы? Я так поняла, что дневник был Вами обработан и опубликован в газете Знамя Труда еще в 1999 г.?
    С уважением, Галина Ващенкова

    • Уважаемая Галина.
      Михаил Кузмич не бывает на этом форуме. С н7им можно связаться лично по телефону или письмом.
      По 20-30 годам 20 века материалы есть в районном архиве. Если что интересно, можно спросить на сайте по адресу obzor50@bk.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>