Женщины — северянки в Великой Отечественной войне 1941-1845гг

Кокорина Д.А.

Все дальше уходят трагические годы Великой Отечественной войны, которые выпали на долю нашего народа. Война, начавшаяся 22 июня 1941 года, только в Архангельской области унесла более 113 тысяч жизней. Это только те, кто погиб на фронтах, и то далеко не все. Никто не может точно сказать, сколько народу погибло в те тяжелые годы. В том числе и в тылу: от голода, холода и непосильного труда.

Мы, ныне живущие, не должны никогда забывать о том, что выпало на долю наших отцов, матерей, братьев и сестер, дедушек и бабушек, и какая тяжесть легла на наши детские неокрепшие плечи и головы.

Чем дальше уходит война и то трудное время, тем чаще раздаются голоса, что Победу в этой войне одержали не русские, а евреи, англичане и американцы. Да, победили не только русские, а весь великий советский народ. Все народы Советского Союза вместе сумели одолеть дикую свору фашистов, которые не стояли ни перед чем, чтобы покорить советский народ, поставить людей на колени. Но тогда мы были все вместе и враг не смог нас одолеть.

Мы,  дети войны, знаем все сами, а не по книгам и рассказам других, мы были участниками тех событий (я сама испытала все то, о чем сейчас говорю). Тех трудовых подвигов всего советского народа. Мы в долгу у младшего поколения, которому пытаются вдолбить в голову, что войну наш народ выиграл ценой миллионов жизней и это был не подвиг народа, а преступление. Много лет спустя некоторые пытаются навести ревизию, какой ценой одержана победа. Да, потери были огромны, но кто вправе сказать, что тогда были не правы,  выкладывая все на алтарь победы. Какую цену назначить, если на карту поставлена жизнь огромного государства, которое называлось Советский Союз. В трудное для страны время все поднялись на борьбу с проклятым врагом. Люди невозможное делали возможным и мы все вместе победили.

Шестьдесят лет назад, когда все взрослые мужчины ушли на фронт, их место на работе заняли их жены, матери и дети. Женщины ходили в море на карбасах, на веслах обдирая кожу на руках. Кровавые мозоли на нежных женских руках были обычным явлением. Женщины и девушки стояли у станков, работали на речных судах матросами, масленщиками, рулевыми и даже механиками. А пароходы ходили на дровах. Женщины водили поезда, работали на паровозах не только машинистами, но и кочегарами, не говоря о путевых работах.

Но всех труднее оказалась  жизнь сельских женщин и девушек. Тех, кто не ушел на оборонные работы, направили на работу в лес. Потом они пахали и сеяли, а зимой снова рубили лес. Все они подписывались на займы, чтобы поддержать страну в кровавой битве с врагом. Вносили деньги в фонд обороны, на строительство  танковых колонн «Архангельский колхозник», «Жены – фронтовикам», батареи «Подруга зенитчика». Отдавали последнее, собирая посылки на фронт. Жители Верхнетоемского района дали взаймы государству более 15 тысяч рублей, жители Каргопольского внесли 16 миллионов 900 тысяч рублей, в фонд обороны – по 2,5 миллиона рублей, по девять тысяч комплектов теплой одежды. Вся эта помощь шла из семейного кошелька, от семейного стола.

На лесозаготовках женщины работали вальщиками леса, девочки-подростки возили лес на лошадях. Мальчики, которые посильней, грузили лес на сани, сами сгружали, разделывали и скатывали в штабеля. Вся эта работа выполнялась вручную, никакой техники в войну в лесу не было. Топор, пила-лучковка, которая пришла к нам из Канады, да наша двуручная пила «дружба», которой пилили лес вдвоем, — вот основные орудия труда. Тяжелой была работа и на перегрузке леса из плотов в вагоны. Во время войны и этим  занимались женщины. Одни возили лес на лошадях к вагонам, другие веревками таскали лес на высоту и укладывали в вагоны.

Непомерный груз тягот и лишений взвалила эта проклятая война на женские плечи в тылу. После зимы лес сплавляли, на сплаве работали все, кто мог держать в руках багор. После сплава пахали пашню, сеяли хлеб, летом заготавливали сено для скота, осень убирали урожай, а зимой опять шли в делянки.

В те годы на весь Верхнетоемский район были известны имена стахановок-семисотниц и тысячниц С. Аксеновой, Т. Губиной, А. Дунаевой, А. Дураковой, А. Зверевой,  Е. Лобановой,  А. Мигуновой,  А. Старцевой,  М. Стрежневой,  Е. Тюпышевой и многих других,  валивших  и возивших  лес. Сегодня никто не знает, что обозначают слова семисотница и тысячница, а это столько кубометров леса заготавливали на каждого человека в бригаде  в сезон, длившийся с 1 октября по 1 апреля.

Весь день по пояс в снегу, вымокшие, голодные. Остановиться нельзя – замерзнешь, можешь, не можешь, двигайся, а то околеешь. Погреться негде, в лютые северные морозы грелись только у костра, в котором жгли порубочные отходы, где один бок горит, а другой мерзнет. Обедали у костра же, поев мороженого хлеба со снеговой водой. Потом научились хранить хлеб за пазухой, это мешало работать, но зато он не замерзал.

Потом, слезами, а то и кровью давался каждый кубометр. Но они делали непосильную работу, веря, что помогают фронту – отцам, мужьям, братьям. И потому нет такой меры, которой можно было бы измерить военный кубометр леса.  Как и не поставить предела самоотверженности русской женщине.

Архангельская область всегда возила хлеб из других областей. А во время войны наша область обеспечивала хлебом свое население да еще по обязательным поставкам сдавала государству хлеб, мясо, масло и другие продукты. Колхозники Верхнетоемского района за годы войны только по обязательным поставкам сдали 2436 тонн зерна, 1450 тонн мяса, 6974 тонны картофеля, 7259 тонн сена, не считая всякой другой помощи. А лишнего ничего не было, отдавая последнее, сами оставались разутые, раздетые, голодные.

Взять-то взяли, а отдать так и не отдали. А теперь, когда родители давно умерли, уже мы старые, государство бросило нас на произвол судьбы и теперешних капиталистов. Мы де и работать не можем, и пенсию нам, детям войны, дают самую мизерную, только чтобы не умерли с голоду. Но старики умирают, не хватает им такого содержания.

Малоизвестные факты. Тогда, когда наша армия стала освобождать родную землю от фашистов, наша область стала шефом Ленинградской и Новгородской  областей. Один только Верхнетоемский район первым в области собрал и отправил туда для разведения 1100 голов лучших коров, 13888 пудов семенного зерна, выращивали для них сверх плана телят, овец и другую живность. Засевали сверхплановые гектары, а урожай сдавали в фонд помощи освобожденным областям. И сверхплановый заготовленный лес  котласские железнодорожники привели эшелоном (60 вагонов)  в освобожденный Ленинград сразу после прорыва блокады – тоже шефский подарок ленинградцам от северян.

В Книге Памяти по Верхнетоемскому району есть цифры: почти 7 тысяч жителей района ушло на фронт за четыре года войны, более  4 тысяч из них не вернулись домой – пали на полях сражений, пропали без вести, особенно много полегло под Ленинградом, Мурманском, осталось в лесах и болотах Карелии, в Прибалтике и Польше. Погибли в боях медсестры Анна Калинина из Пучуги, Нина Кирпичева из Качема, Клавдия Малетина  и Александра Фефилатьева из Сойги, Елизавета Тарабукина из Прилука, многие другие, теперь уже безымянные женщины и девушки.

Оставшиеся в живых и вернувшиеся растили детей, все силы отдали на восстановление страны, подняли ее из пепла, достигли невиданных успехов. Но все их труды в одночасье рухнули в августе 1991 года.

 

Использованная литература:

 

1.  Рычкова А., Чудаков А. Они стояли насмерть // Книга Памяти. Архангельск, Северо-Западное книжное издательство,1995, т. 6, с. 10-16.

2. О них писала районная газета // Тунгусов А., Мой Верхнетоемский район, Архангельск,   2001, с. 266-272.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>